вторник, 4 сентября 2012 г.

Процесс PUSSY RIOT - дело Синявского-Даниэля наоборот



Александр Артёмов

Россия - страна не юридическая, о чем не устают повторять как её критики, так и апологеты, - одни с гордостью, другие - с осуждением. Но вряд ли кто-то станет отрицать, что судебные процессы играли весьма значительную, а порой и поворотную роль в её истории.

Если взять последние полтораста лет, то с ходу вспоминаются знаменитые судебно-политические дела: процесс нечаевцев, суд над Верой Засулич, дело народовольцев, военно-полевые суды Столыпина, дело Бейлиса, затем послереволюционные процессы: процесс эсеров и процесс церковников 1922 года, шахтинское дело, дело Промпартии, открытые "большевистские процессы" 1936-1938 годов, дело Берии 1953-го, "экономическое" дело Рокотова-Файбишенко, диссидентские процессы, в перестройку - дело Чурбанова и "узбекское дело", а в постсоветской России - процессы нацболов... И это, разумеется, совсем неполный список.

И вот, пожалуйста, - дело Pussy Riot. Если искать ему какую-то, пусть условную, аналогию в знаменитых судебных делах прошлого, то приходит на ум процесс нечаевцев, который освещался тогдашней прессой беспрецедентно широко, отчёты о нём, включая знаменитый "Катехизис революционера", публиковала... газета "Правительственный вестник". Всё это, по замыслу властей, должно было оттолкнуть молодежь от "нигилизма", от революционных идей, но в реальности - привлекло молодых людей к этим самым идеям.

Однако процесс нечаевцев был давно, и поэтому ближе выглядит другая аналогия, которую можно назвать зеркальной - дело Юлия Даниэля и Андрея Синявского 1965-1966 годов. Напомню, писателей обвинили в том, что они тайно передавали на Запад и печатали там под псевдонимами произведения, которые остро-сатирически высмеивали советский строй. В том числе повесть Даниэля "Говорит Москва", в которой правительство СССР объявляло "день открытых убийств". Обвиняемые своей вины не признали и защищались на открытом процессе, что произвело в обществе большое впечатление...

В чём же здесь зеркальность? Процесс Даниэля и Синявского стал "спусковым крючком" диссидентства, на полвека оттолкнувшим интеллигенцию от левых и красных идей. Наоборот, процесс Pussy Riot толкает интеллигенцию из объятий церкви и правых идей, в которых она полстолетия искала спасения и утешения, - влево.

Между прочим, наиболее дальновидные руководители страны 60-х годов отлично понимали это значение процесса Даниэля и Синявского. Анастас Микоян, бывший до ноября 1965 года формальным главой Советского государства, писал в мемуарах: "Помню, как Суслов и его чиновники из Отдела пропаганды ЦК начали "дело Даниэля и Синявского". Это дело очень походило на позорную войну Хрущева против Бориса Пастернака... Как будто все сговорились оттолкнуть интеллигенцию от партии. Невероятно! Я зашел к Брежневу (был ещё членом Президиума ЦК и Председателем Президиума Верховного Совета), долго внушал ему, что никакой пользы не будет от такого разноса за публикации под псевдонимами за рубежом, а тем более суда над писателями, о чём уже говорили всерьёз. Старался находить слова и аргументы, понятные для него. И убедил. Вместо уголовного суда он согласился ограничиться товарищеским судом в Союзе писателей".

Увы, за уголовный процесс над писателями высказывались тогда очень влиятельные силы в руководстве, открыто выступить против которых в тот момент было не по плечу ни Микояну, ни даже Брежневу. Прежде всего, помимо Суслова, это была знаменитая группа Александра Шелепина, "железного Шурика". Один из участников этой группы, председатель КГБ Владимир Семичастный сам вспоминал свой спор на эту тему с одним из кремлёвских руководителей Петром Демичевым. Тот сказал:

- Наверное, придётся их выпускать.

- Пётр Нилович, этого не будет, - жёстко ответил глава КГБ.

- Но нас же критикуют по всему миру!

- Нас критикуют с 1917 года, - возразил Семичастный, - терпели - вытерпим и сейчас.

Звучит вроде бы ужасно р-р-революционно, но каковы оказались результаты? Чтобы почувствовать перелом настроений, произошедший в рядах интеллигенции, достаточно сравнить два романа одних и тех же авторов, очень чутко выражавших эти настроения - братьев Стругацких. Первый - "Понедельник начинается в субботу" - опубликован в 1965 году, то есть до судебного процесса. В нём интеллигенты весело и с энтузиазмом, в раскованной, свободомыслящей атмосфере институтской вольницы работают над решением научных проблем, и им нисколько не мешают представители власти, которых можно угадать во всяких выведенных в романе "великих инквизиторах". Кто-то верно заметил, что в романе Стругацких его персонажи творят чудеса магии, а их реальные прототипы в жизни так же весело и с таким же энтузиазмом создавали в своих институтах атомные и водородные бомбы, ракеты, спутники, космические корабли и прочие великие и ужасные "чудеса" науки XX столетия.

Второй роман - "Сказка о тройке" (1968) - формально является продолжением первого. Но насколько же разительно отличается вся его обстановка! Куда делась атмосфера вдохновенного творческого труда, заставлявшая героев произведения добровольно работать без выходных, превращать субботу в понедельник, встречать Новый год в лаборатории! Всё это бесследно исчезло. Взамен мы видим абсолютно нездоровую, болезненную, нервную атмосферу беспрестанной грызни и войны с власть имущими, причём одинаково развращающую обе стороны. Никакая полезная творческая работа тут уже практически невозможна.

У истории "отталкивания интеллигенции от партии" была и другая сторона - прозаическая, чисто материальная. О ней тоже необходимо упомянуть ради полноты картины. Дело в том, что в послевоенные годы Сталин планомерно старался сделать верхушку интеллигенции едва ли не самой благополучной и обеспеченной частью советского общества. Характерен эпизод, когда во второй половине 40-х годов Сталин обсуждал вопрос о наделении писателей дачами в Переделкино. Возник вопрос: какого размера земельный участок выделять каждому дачевладельцу? "Писатель должен ходить и думать, ходить и думать, – будто бы сказал Сталин. – Дадим каждому писателю гектар!" Примерно такого же размера участки были выделены в те годы и полутора сотням тогдашних советских академиков (их тогда было примерно вдесятеро меньше, чем теперь). Хрущёв, бывший по сравнению со Сталиным "леваком" по взглядам, не придавал этой стороне отношений с интеллигенцией большого значения. Да и сами интеллигенты, проповедуя бессребреничество, казалось, не очень-то беспокоились по поводу своего уровня потребления. Но вначале молодое поколение, "стиляги" и им сочувствующие, а затем и среднее поколение интеллигенции - принялись мечтать о западном "обществе потребления". 70-е годы прошли в погоне за разнообразными "стенками", торшерами, хрусталём и старинной мебелью, "в клопах которой текла дворянская кровь", по выражению из популярного тогда спектакля.

Одновременно развивалось и оппозиционное диссидентское движение. Причём, что характерно, начиналось оно под вполне социалистическими и левыми лозунгами. Академик А. Д. Сахаров в своём первом диссидентском труде "Размышления..." (1968) отмечал, что "только конкуренция с социализмом, давление рабочего класса сделали возможным социальный прогресс XX века... Только социализм поднял значение труда до вершин нравственного подвига. Без социализма национальный эгоизм рождал колониальное угнетение, национализм и расизм". И т. д.

Но постепенно, шаг за шагом диссиденты отбрасывали левую и красную риторику и смещались в сторону антикоммунизма и чисто правых идей. Такое движение - дело медленное, почти как движение континентов. Но неуклонное...

И уже в начале 1970-х на диссидентских кухнях на мотив "Марсельезы" распевалась песенка на слова Н. Вильямса:

Коммунисты поймали парнишку,

Притащили в своё КГБ:

– Ты скажи нам, кто дал тебе книжку,

Руководство в подпольной борьбе?

Ты зачем совершал преступленья,

Клеветал на наш ленинский строй?

– ..ать хотел я на вашего Ленина! –

Отвечает им юный герой.

– Пусть мне очередь в лагерь настала –

Лагерей и тюрьмы не боюсь!

Скоро стаи акул капитала

Растерзают Совейский Союз,

И свободного общества образ

Нашим людям откроет глаза,

И да здравствует частная собственность! –

Им, зардевшись, в лицо он сказал.

Так оно в точности и вышло - спустя примерно четверть века. Но надо заметить, что когда интеллигенция с воодушевлением поёт нечто подобное - даже если над всей страной ещё развеваются красные стяги и все газеты выходят под неизменным лозунгом "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" - дело, откровенно говоря, уже дрянь.

И вот эхом 1965 года стали 1991-1993-й годы - когда интеллигенция равнодушно или даже с восторгом следила за спуском над страной красных флагов, расстрелом "осатанелой толпы" (как выражался в октябре 1993 года почтенный С. А. Ковалёв) с этими же флагами в руках, и вообще, погромом львиной доли социальных ценностей, кровью и потом завоёванных с 1917 года. (Кстати, любопытно отметить, что одним из главных идейных "моторов" этого процесса стал не кто иной, как член Политбюро ЦК Александр Н. Яковлев - в 60-е годы верный участник шелепинской группы, занимавшийся тогда в Агитпропе идеологическим обеспечением суда над Даниэлем-Синявским. Как это странно, но в то же время и глубоко закономерно - человек, подтолкнувший роковой отход интеллигенции от левых ценностей, спустя два десятка лет руководил погромом этих самых ценностей в качестве одного из интеллигентских кумиров! А сам Андрей Синявский в октябре 1993 года был на стороне противников Ельцина... Поистине, неисповедимы пути истории!)

Конечно, интеллигенции самой пришлось жестоко поплатиться за всё. Как признавал в прошлогоднем интервью не кто иной, как Анатолий Чубайс: "Надо признать, что если у нас, у Егора [Гайдара] в том числе, и были социальные корни, то, конечно, это интеллигенция, мы плоть от плоти её, кровь от крови, мы порождение её и так далее. И в то же время – это надо тоже честно сказать – самый мощный экономический удар реформы нанесли именно по интеллигенции. Серьёзней, чем по какому-то другому классу."

А 2000-е годы стали потихоньку отбирать у интеллигентов не только социальные права, как 90-е, но и нематериальные свободы, - свободу слова, печати, творчества... И вот в момент суда над Pussy Riots всё как-то сложилось вместе, и интеллигенция впервые с 1965 года сделала шаг влево. О, это, конечно, далеко ещё не "сжигание всего, чему она поклонялась и поклонение всему, что сожигала". Маленький такой шажочек. Но показательный. И обнадёживающий.

Хорошо это или плохо? Некоторые говорят: это ослабляет ряды оппозиции, раскалывает её. Напомню, что один из кумиров т. н. "креативного класса" - г-н Навальный - в начале протестов открыто встречался с протоиереем Чаплиным и кушал с ним борщ, нахваливая в Твиттере это чаплинское угощение. Навальный: "Познакомились, обменялись мнениями. Поели постного борща и макарон, за что Чаплину большое спасибо - был голоден... Интересный и полезный был разговор". Г-н Чаплин: "Мы беседовали около часа, потом господин Навальный принял участие в приходской постной трапезе в сочельник". Трудно представить себе такую умилительную встречу за борщом сегодня... Да, оппозиция потеряла поддержку г-на Чаплина, это надо честно признать. Но нужен ли г-н Чаплин оппозиции и, главное, нужна ли народу такая оппозиция - с поддержкой г-на Чаплина?

Говорят, что антиклерикализм, мол, "уводит оппозицию от народа". Да полноте, так ли это? Лозунг "Долой самодержавие!" тоже в своё время не понимался и не принимался большинством народа, который разделял стихийные монархические взгляды ("за доброго царя, против злого боярства"). Ну и что же, куда этот лозунг привёл в конечном итоге революционную оппозицию столетней давности - к народу или от него? Владимир Ульянов в таких случаях говорил: "Нас единицы, но с нами будут миллионы". Неужели народ - не в сиюминутном плане, а в исторической перспективе - может оказаться на стороне верхушки духовенства, уже не вмещающегося в собственные рясы и мерседесы? И неужели упомянутое духовенство может оказать революции хоть какую-то услугу, кроме медвежьей?

Так что не бояться надо таких "расколов", а радоваться им, поскольку объективно они служат делу революции. Ну, а конспирологические версии о том, что этот раскол и само дело Pussy Riot, мол, спровоцировал Кремль... В своё время царская охранка через своих провокаторов, вроде Малиновского, настойчиво проводила мысль о том, что невозможно никакое объединение большевиков и меньшевиков. Что ж, разве охранка сослужила тем самым революции плохую службу?

А пока что мы можем констатировать: история вроде бы сделала очередной шаг. Интеллигенция не на шутку поссорилась с церковью - и эта трещина вряд ли снова зарастёт, скорее, наоборот, она будет становиться всё глубже и шире. Тем более, что в неё с каждым днём вбиваются новые клинья...

Газета "Завтра", в последние месяцы ярко отличившаяся в поддержке Кремля и Путина, с сожалением пишет: "Пресловутая стабильность, о которой столько много говорили в 2000-е годы, давно уже покрылась множеством трещин, грозящих расколоть всю "конструкцию". Одна из таких трещин - наметившийся конфликт между "церковной общественностью" и "антиклерикалами". Недавний "крестоповал" эту трещину только расширил, и конфликт, судя по всему, вошёл в новую фазу. Ответственность за данную акцию взяла некая "Народная воля". В своём заявлении "народовольцы" выразили солидарность с осужденными членами группы "Pussy Riot", а также вступились за "видного деятеля русского Революционного движения Владимира Ильича Ленина". Последнее, вкупе с названием, явно указывает на принадлежность НВ к радикально левым силам. Или на то, что кто-то выдаёт себя за радикально-левых. В любом случае всё это расширяет ещё одну трещину, которая разделяет левых и правых (традиционалистов, националистов). Показательно, что примерно в то же самое время разнообразные националистические и консервативно-традиционалистские организации создали Оргкомитет "За вынос Ленина". Такое впечатление, что более насущных задач, чем вынос Ленина с Красной площади перед правыми не стоит!".

Ну что ж, наверное, самим правым лучше знать, с кем им по пути. Если они предпочитают вместе с господами Чаплиными и прочей нынешней кремлёвской камарильей вкушать борщ, а также выносить из Мавзолея и воровато закапывать тело Владимира Ульянова, то вольному воля. Ну, а общество тем временем сделало шажок в направлении, обратном прежнему, правому и антикоммунистическому направлению. Социальные "материки" пришли в движение, "процесс пошёл"... И это не может не радовать...

Комментариев нет:

Отправить комментарий